Защиты, которые мы не замечаем: как детские трудности маскируются под плохое поведение
Защиты, которые мы не замечаем: как детские трудности маскируются под плохое поведение
По материалам вебинара Татьяны Олеговны Царёвой, проведённого ко Дню защиты детей
Когда ребёнок ведёт себя «плохо», что мы видим на самом деле?
Ребёнок дерётся.
Ребёнок грубит.
Ребёнок плачет без причины.
Ребёнок не отвечает на вопросы.
Ребёнок отворачивается к стене.
Ребёнок смеётся невпопад.
Ребёнок цепляется за взрослого и не может начать работу самостоятельно.
Взрослые обычно воспринимают такое поведение как проблему, которую необходимо исправить. Педагоги говорят о дисциплине. Родители — о непослушании. Иногда звучат слова «агрессия», «манипуляция», «леность» или «характер».
Однако психологический взгляд часто оказывается совсем другим.
Одна из центральных идей вебинара Татьяны Олеговны Царёвой заключается в том, что так называемое плохое поведение ребёнка нередко является не проблемой, а способом психологической защиты. То есть попыткой психики справиться с ситуацией, которая оказалась для ребёнка слишком сложной, тревожной или болезненной.
Поведение — это язык
Взрослый человек способен сказать:
- мне страшно;
- я устал;
- мне обидно;
- мне нужна поддержка;
- я не справляюсь.
Ребёнок далеко не всегда умеет это делать.
У него может не хватать слов, опыта самонаблюдения и навыков понимания собственных состояний. Поэтому вместо слов появляется поведение.
Татьяна Царёва предлагает смотреть на детское поведение как на особый язык, через который ребёнок сообщает о своём состоянии. За каждым поступком может стоять сообщение, которое ребёнок ещё не умеет сформулировать словами.
Иногда это сообщение звучит так:
«Мне страшно».
Иногда:
«Я не справляюсь».
А иногда:
«Пожалуйста, помогите мне понять, что со мной происходит».
Почему «плохое поведение» редко бывает атакой на взрослого
Одна из самых важных мыслей вебинара касается распространённого заблуждения:
Ребёнок ведёт себя плохо не потому, что хочет навредить взрослому.
Особенно это касается возрастных кризисов, периода адаптации, школьных трудностей и эмоционального перенапряжения.
С точки зрения психологии многие сложные формы поведения являются не нападением, а сигналом. Это способ показать, что внутренних ресурсов ребёнка сейчас недостаточно для решения возникшей задачи.
Именно поэтому вопрос:
«Как его остановить?»
часто оказывается менее полезным, чем вопрос:
«Что он пытается сообщить своим поведением?»
Два способа реагировать на трудности
Татьяна Царёва предлагает обратить внимание на два основных направления защитных реакций ребёнка.
Первый вариант: реакция направлена внутрь
Тогда ребёнок начинает считать проблему своей собственной несостоятельностью.
Появляются мысли и высказывания:
- «Я плохой».
- «Я глупый».
- «У меня ничего не получается».
- «Я виноват».
Внешне это может выглядеть как:
- замкнутость;
- избегание;
- отказ от деятельности;
- плаксивость;
- замирание;
- уход в себя.
Таких детей часто называют удобными.
Они не шумят, не мешают занятиям и не отвлекают других.
Но именно поэтому их трудности нередко остаются незамеченными.
Второй вариант: реакция направлена вовне
В этом случае ребёнок начинает бороться с источником напряжения.
Появляются фразы:
- «Это задание дурацкое».
- «Это вы виноваты».
- «Я не буду!»
Внешне это выглядит как:
- протест;
- вспышки раздражения;
- демонстративность;
- конфликты;
- драки;
- провокации.
Именно таких детей взрослые обычно замечают первыми.
Но, как подчёркивает Татьяна Царёва, обе формы поведения имеют общую природу. За ними могут стоять одни и те же переживания: тревога, страх ошибки, эмоциональное истощение, нехватка поддержки или нарушение чувства безопасности.
Почему тихие дети часто остаются без помощи
Парадоксально, но самые заметные дети далеко не всегда являются самыми нуждающимися в помощи.
Когда ребёнок шумит, конфликтует или мешает работе группы, он автоматически привлекает внимание взрослых.
А ребёнок, который сидит в стороне, молчит, смотрит в одну точку или тихо переживает свои трудности, зачастую остаётся вне поля зрения.
Татьяна Царёва называет это своеобразной асимметрией внимания взрослых.
Мы реагируем на то, что нарушает порядок.
Но гораздо реже замечаем то, что разрушает ребёнка изнутри.
Что такое агрессия на самом деле?
Отдельная часть вебинара посвящена теме детской агрессии.
Специалист предлагает отказаться от упрощённого понимания агрессии как исключительно плохого поведения.
Первоначально агрессия — это естественная реакция на препятствие.
Младенец хочет есть — и кричит.
Ребёнок упал — и сердится на камень.
Шарик улетел — и ребёнок требует, чтобы взрослый немедленно всё исправил.
С точки зрения развития это нормально.
По словам Татьяны Царёвой, за агрессивными реакциями ребёнка чаще всего стоят две задачи:
Защитить себя
Ребёнок пытается оттолкнуть то, что причиняет ему боль или вызывает сильный дискомфорт.
Быть понятым
Иногда ребёнок словно говорит:
«Мне было больно. Я не понимаю, что с этим делать. Поэтому показываю тебе это единственным доступным способом».
В этом смысле агрессия часто оказывается не попыткой причинить вред, а отчаянной попыткой быть услышанным.
Развитие невозможно без трудностей
Ещё одна важная мысль вебинара касается природы развития.
Татьяна Царёва предлагает простую формулу:
Развитие = фрустрация + ресурсы + опора.
Любой ребёнок сталкивается с задачами, которые не может решить сразу.
Это нормально.
Проблема возникает тогда, когда трудность есть, а ресурсов и поддержки недостаточно.
Тогда психика начинает использовать защитные механизмы:
- избегание;
- протест;
- отказ;
- плач;
- агрессию;
- регрессию;
- уход в себя.
То есть поведение становится способом выживания в ситуации, которую ребёнок пока не может выдержать иначе.
Что делать взрослому?
Самый неожиданный вывод вебинара звучит очень просто.
Когда ребёнок не справляется, первой реакцией взрослого должна быть не критика.
Сначала необходимо дать ребёнку ресурс.
Это может быть:
- эмоциональная поддержка;
- принятие;
- спокойствие;
- участие;
- физический контакт;
- ощущение безопасности.
Ребёнку важно почувствовать:
«Ты не один».
«Я рядом».
«Ты важен для меня даже тогда, когда у тебя что-то не получается».
И только после восстановления чувства безопасности становится возможным обсуждение ситуации, поиск решений и обучение новым способам реагирования.
Где психологу получить современные знания по детской клинической и нейропсихологии?
Понимание психологических защит ребёнка невозможно без знания закономерностей возрастного развития, особенностей работы нервной системы, механизмов привязанности, нейропсихологических факторов поведения и эмоциональной регуляции.
Поэтому психологам, работающим с детьми и семьями, важно опираться не только на консультативный опыт, но и на современные данные клинической психологии и нейропсихологии.
Редакция рекомендует обратить внимание на программы АНО ДПО «Казанский НПЦ клинической и нейропсихологии» «ИРБИС». На сайте центра представлены программы повышения квалификации и профессиональной переподготовки по детской клинической психологии, нейропсихологии, диагностике и коррекции нарушений развития, а также другим направлениям практической работы с детьми и подростками.
АНО ДПО «Казанский НПЦ клинической и нейропсихологии» «ИРБИС»
Вместо заключения
День защиты детей напоминает нам о необходимости защищать ребёнка не только от внешних угроз.
Иногда ребёнку особенно нужна защита от непонимания.
От ярлыков.
От поспешных выводов.
От попыток увидеть в каждом трудном поведении злой умысел или плохой характер.
Возможно, за очередным «не хочу», «не буду», слезами, дракой или молчанием скрывается не проблема воспитания, а история о тревоге, страхе, усталости или потребности в поддержке.
И тогда задача взрослого состоит не только в том, чтобы остановить нежелательное поведение.
Но и в том, чтобы услышать сообщение, которое ребёнок пока ещё не умеет выразить словами.